Интервью «Портал-Кредо»

Об отличиях РИПЦ и РПЦЗ(А), лионском приходе, "киприанизме" и Православии во Франции

"Портал-Credo.Ru": Что представляет собой в настоящий момент Свято-Николаевский приход в Лионе?

Протодиакон Герман Иванов-Тринадцатый: Если говорить о лионском пейзаже, то можно определённо сказать, что это Русская Церковь в Лионе. Это единственный настоящий русский храм, который стоит уже 65 лет на своём месте и куда ежегодно стекаются сотни людей в пасхальную ночь. Но это раз в году! А так, по воскресеньям, нас собирается человек 60-70, иногда больше, иногда меньше.

Из лионских старожилов, детей и внуков основателей, нас остаётся, к сожалению, всё меньше, но храм постоянно пополняется новыми лицами. Поскольку наш настоятель болгарин, то есть ядро верных и благочестивых болгар, есть очень верные сербы, бывают румыны и, конечно, обращённые французы. Как и во всех храмах — большой приток из бывшего Советского Союза, среди них, конечно, много "прохожан", заходящих поставить свечку или покрестить ребёнка, но для нас, естественно, дороже те, кто полностью вливаются не только в жизнь, но и в саму суть, в историю прихода, его идеологию. Такие люди для нас очень ценны, и это не единицы. Помнится, как один человек однажды признался и сказал, что русским стал он у нас... .

Наш приход богат духовенством: настоятель, протоиерей отец Христо Петков, помимо меня в диаконском сане ещё протодиакон Сергий Всеволожский и диакон Евгений Дорошин, два посвящённых иподиакона, Иаков Гудэ и Фома Мандаропулос. Иподиакон Иаков — незаурядная личность: француз, принявший Православие уже 40 лет назад, в течение десяти лет он был ректором Университета, крупнейший специалист на международном уровне по Данте. После того, как он вышел на пенсию, с большим смирением полностью посвятил себя Церкви, неизменно читает часы, Апостол, а теперь, по просьбе батюшки, регулярно проповедует на французском языке, говорит очень глубокие, духовно насыщенные проповеди. Время от времени диакон Евгений тоже проповедует на русском языке.

Нет русской церкви без хора, и мы счастливы иметь очень приличный хор. Хор не "оперный", не наёмный и платный, как можно часто встречать в патриархийных храмах, но "любительский" в самом лучшем смысле слова. Долголетним регентом был наш коренной лионец, он же наш многолетний казначей, Георгий Владимирович Буга, но всё больше его сменяет на этой должности мой сын, Герман, который с большим рвением и талантом посвящает всё свободное время этому делу.

Как и в большинстве приходов сегодня, наше слабое место - это низкая посещаемость на вечерних богослужениях, что особенно обидно, так как всенощные у нас уставные, всегда с хором, опытными чтецами. Несмотря на малочисленность прихожан, служим без пропусков и никто не спешит покидать храм.

Что ещё можно сказать? Что приход очень дружный и что у нас много детей, что естественно иногда вводит немного шума и суеты во время богослужений, но это, конечно, большая радость и богатство для прихода. На каждой Литургии человек 20 детей причащается. Но самое, я думаю, главное, это то, что нам удаётся быть верными нашим отцам, основателям прихода.

Приход появился в 1928 году вследствие раскола митрополита Евлогия (Георгиевского). Его основателями были люди, идейно пожелавшие оставаться верными Митрополиту Антонию (Храповицкому). То есть в корне своём приход сугубо зарубежный (в смысле верности Русской Зарубежной Церкви), и в разные времена своего существования ему всегда удавалось подтвердить эту зарубежную принадлежность и, если Бог даст, так и будет впредь.

Когда в РПЦЗ пошатнулись устои Церкви, приход решительно встал на сторону Митрополита Виталия, а когда, после этого, наш тогдашний настоятель в середине 2002 года, поверив лживым уверениям Владык Лавра и Гавриила, попытался перетянуть нас под юрисдикцию Владыки Лавра, то и тут в своём большинстве (51 голос против 35) приход решительно выразил своё желание оставаться верным зарубежным принципам. И так, до сего дня, все эти сумбурные годы, мы единогласно всегда выбирали тот путь, который позволял нам сохранить эту нашу зарубежность. И не только ради "фетишизма" или даже просто по вполне уважаемому долгу памяти Отцам, а потому, что мы не смотрим на постсоветскую действительность через розовые очки. Нам всем ясна мафиозная сущность Московской патриархии в лице ее иерархии. Как можно становиться под "духовный" авторитет таких людей, поминать их и величать "святейшими"? Можно ли столь кривить совестью? Но главное — с какой целью и ради какой духовной пользы?

- На прошлой неделе приход официально объявил о выходе из юрисдикции РИПЦ и присоединении к РПЦЗ(А). Чем было обусловлено решение Приходского собрания о смене юрисдикции прихода? Какие канонические основания Вы видите для отделения от Синода РИПЦ?

- Я не совсем согласен с постановкой вопроса. Понимаю, что это, может быть, трудно уловить, даже если фактически Ваш вопрос обоснован.

Как я Вам только что сказал, мы старались именно придерживаться одной линии и, поскольку возможно, не сходить с неё. Но факт остается фактом: приходилось нам, в эти последние годы, менять поминовения епископов. Когда, ровно 4 года назад, после падения Владыки Варнавы мы обратились к РИПЦ, то мы именно обратились к той юрисдикции, которая была наиболее "зарубежной" по своему духу и по своему происхождению. И мы были очень по-братски приняты под их омофор, но приняты были временно, до того времени, когда Зарубежная Церковь окрепнет и сможет сама по себе существовать. Каждый, читающий наш сайт "Карловчанин", знает, сколько мы призывов выдвигали в пользу объединения между разрозненными зарубежными "осколками". Мы желали и надеялись, чтобы это совершилось на уровне глав отдельных структур. К сожалению, пока этого не удалось добиться.

Как сказано в нашем официальном Заявлении, так повернулись события, что мы решили, как Епархия, объединиться с РПЦЗ(А) с надеждой, что можно будет отныне отделаться от разных букв в скобках и говорить о восстановленной Зарубежной Церкви как таковой.

А если вернуться к Вашему вопросу о причинах "отделения", повторю то, что я недавно написал Архиепископу Тихону, что в 2006 году мы определённо порвали с Владыкой Варнавой, который предал нас и всё своё прошлое, но что, наоборот, с Архиепископом Тихоном мы не порываем и ещё раз благодарим за оказанную нам братскую помощь. Просто причины нашего временного пребывания под омофором РИПЦ себя изжили. Мы искренне рады, что находимся теперь в структуре, которая постоянно растёт, набирает силы и может уже без натяжки называть себя Зарубежной Церковью. Думается, все зарубежники должны были бы быть этому рады.

К сожалению, судя по разным откликам в Интернете, некоторым, безусловно, малочисленным, "храбрым анонимщикам", выступающим под разными именами и открывающим сейчас новые сайты для придания ложного впечатления об их многочисленности, это расширение нашей Церкви приходится не по вкусу, и своё несогласие, вернее - свою ненависть и злобу, иначе как хамством и вульгарностью выразить они не способны.

Принадлежность к Зарубежной Церкви ко многому обязывает, чего явно не понимают и не знают эти господа. Невооружённым глазом видно, что эти засланные казачки, пропитанные советчиной до мозга костей, совершенно чужды Зарубежной Церкви, не только по духу, но и по всем параметрам. Желательно было бы, конечно, провести "профилактическую операцию" - выявить и избавиться от этих позорящих Церковь элементов. Хотя, со временем, они сами по себе отпадут от Церкви и займутся другими делами.

- Сейчас много говорят о принципиальных различиях в экклезиологической позиции РИПЦ и РПЦЗ(А). Видите ли Вы эти различия и как к ним относитесь?

- Конечно, к сожалению, в эти последние времена можно было наблюдать некий сдвиг в экклезиологической позиции РИПЦ в сторону того, что Владыка Дионисий в одной своей статье называл "правым уклоном". Мы, в принципе, ничего против всего правого вообще не имеем – наоборот. Но тут имеется опасность впасть в крайность, которую у нас принято фамильярно называть "бостонщиной" [в честь Спасо-Преображенского монастыря в Бостоне (США), отделившегося от РПЦЗ в 1986 г. в знак протеста против "нечеткой позиции" по вопросу об общении с экуменистами – Ред.]. Опыт показывает, что Церковь быстро превращается в какое-то поле битвы, где царствует не любовь, а постоянное выискивани,е врагов, которые под видом лучших христианских побуждений клеймятся анафемами и на которых вешают ярлыки "еретик". И это становится чуть ли не основным церковным занятием. Понимаете, это как скальпель. В руках опытного хирурга им можно спасать человеческие жизни, но, к сожалению, стоит взглянуть на Интернет, чтобы убедиться, что первый попавшийся хватается за этот скальпель и начинает им орудовать! Надо ли давать примеры? Отсюда очень быстро и легко соскользнуть в совершенно чуждое христианству фарисейство, чувство самоисключительности, собственной кристальной чистоты и прочих извращений.

Вспомним провозглашённую в 1983 году анафему экуменизму. Эта анафема, конечно, имела место быть, надо же было, если даже не остановить это пагубное движение, что не в наших силах, то дать ясный и грозный знак. Но вспомните, как сразу разные горячие головы схватились за эту анафему и, шашки наголо, пошли рубить головы! Митрополиту Виталию пришлось в своём Рождественском Послании 1986 года указать, в каком русле следует понимать и применять эту анафему. Но до сих пор это не помогло. Это вопрос, как лезвие ножа. Очень трудно о нём говорить, ибо что ни скажешь, с обоих флангов на тебя нападают: для одних ты опасный либерал, для других - не менее опасный фанатик. Тогда как для здравого ума всё должно быть ясно и спокойно.

Чтобы вернуться к Вашему вопросу скажу: в октябре 2008 года на Соборе РИПЦ было принято постановление о недейственности таинств у отпавшего от Церкви официального "мирового православия". Сразу же авторитетные голоса высказались против этого, так как Зарубежная Церковь, несмотря на свою богословскую принципиальность, никогда не принимала таких догматических постановлений. Возможно, что это было сделано в связи с желанием войти в общение с греческим Хризостомовским Синодом. Но повторяю, можно, вернее надо, придерживаться и руководствоваться строго православными принципами, но не надо заострять углы, догматизировать некоторые вещи, которые потом дают повод разным экстремистам проводить свои фантазии. В РПЦЗ(А) этого уклона нет, и безусловно там придерживаются более традиционного зарубежного подхода.

Вы спрашиваете, как я отношусь к этим различиям. Очень спокойно, если здраво смотреть на вещи. И я не раз говорил и писал, что оба подхода вполне могут сосуществовать в одной Церкви. Надо только, чтобы было желание к сосуществованию! Ведь в Зарубежной Церкви всегда было как бы два не полюса, а течения, которые вполне уживались между собой и давали эту зарубежную специфику соборного царского среднего пути. Но сегодня всё меньше людей это понимают и постоянно хотят абсолютизировать то одно, то другое.

- Правда ли, что Вы являетесь последовательным сторонником взглядов греческого Митрополита Киприана (Куцумбаса), который считает экуменистов "больными членами единой Церкви"?

- Ой, ой, ой — снова начинается! Это переносит меня в самые первые месяцы нашей попытки продолжить Зарубежную Церковь в Мансонвилле при нашем приснопамятном Митрополите Виталии. Если помните, тогда несчастный о. Вениамин Жуков не нашёл лучшего применения для своей кипучей энергии, как прилагать усилия к разрушению этой нашей попытки и прикрепил мне ярлык "киприанита". В его представлении это, вероятно, равнозначно быть пригвождённым к столбу позора. А разрушителем он стал потому, что свёл на нет это хрупкое равновесие, о котором я только что говорил, и которое именно есть зарубежный путь. Видно, до конца не понимает он, что такое Зарубежная Церковь.

Я вообще не понимаю, почему так важно нам разбирать греческие вопросы, тогда как наша первоочередная и, казалось бы, единственная цель — восстановить Зарубежную Церковь. Но, нет, почему-то важнее кажется спорить о "киприанизме" и о "хризостомовцах" и, как полагается, обвинять друг друга в ереси!

Быть названным "киприанитом" меня, должен сказать, ничуть не обижает, но не понимаю, почему можно меня считать "последовательным сторонником взглядов Митрополита Киприана". Если я чей-то последовательный сторонник, то только Зарубежной Церкви. А когда взгляды Митрополита Киприана или любого другого иерарха совпадают с учением Зарубежной Церкви, или близки к нему, то я естественно соглашаюсь с этими взглядами.

Кстати, не думаю, чтобы Митрополит Киприан говорил буквально ту фразу, которую Вы употребили. Впрочем, спорить не буду, так как я подробно не читал и не намерен разбирать по косточкам это учение. Смотрю на этот вопрос более глобально.

К чему сводится его тезис? К тому, что, естественно, с одной стороны есть Истина и истинное учение, а с другой есть более-менее важные отклонения от этой Истины. На этом, думаю, все согласны. Несогласия появляются, когда начинаешь размышлять о том, какова участь тех, кто придерживается этого "отклонённого от Истины" пути. Речь, конечно, не о явных и злостных еретиках. Можно, и очень просто, определить их как находящихся, согласно известному выражению о. Жукова, "вне Церкви" и тут же добавить, что вне Церкви нет спасения. И это очень удобный метод, не требующий больших усилий. Но можно и иначе подойти к вопросу, никак не утверждая, что вне Церкви ЕСТЬ спасение, но, тем не менее, не определять безоговорочно людей в огненную геенну. Вот, как мне видится, общий смысл тезиса Митрополита Киприана.

Конечно, Церковь есть Тело Христово, и как таковое абсолютно свято и не терпит малейшей порочности. Но если буквально воспринимать эти слова, то с полной последовательностью следует признать, что уже 20 веков как Церковь больше не существует! Когда и где была она полностью непорочной и чистой как кристалл? А, тем не менее, Церковь существовала и до нас дошла. Митрополит Киприан, думаю, просто даёт ответ на этот вопрос, на это недоумение. Эти разговоры всегда приводят мне на память слова нашего дорогого архиепископа Антония Женевского о разных не по разуму ревнителях, что Святой Дух не подотчётен правилам алгебры, но дышит, идеже хощет.

Другое дело — правильны ли всегда слова, употребляемые Владыкой Киприаном в своём трактате? Главное для меня общая его мысль, что даже о вовлечённых в экуменизм православных Церквах нельзя окончательно сказать, что они НЕ-Церкви, что таинства у них НЕ совершаются и поэтому должны быть повторены в "истинной" Церкви, — одним словом, что в духовном смысле это духовная пустыня. Такого Зарубежная Церковь никогда не мыслила и так, если я правильно понимаю, думает Митрополит Киприан. В этом я с ним согласен.

У Митрополита Киприана и его Церкви Противостоящих много недругов, безжалостно обличающих его в пособничестве экуменизму. Но кто среди этих суровых обличителей сделал хоть долю того, что ими сделано своими облетевшими весь мир видеокассетами для разоблачения экуменизма? Просто смешно говорить.

- Что представляет собой сегодня Русское Православие во Франции? Помимо приходов Московского и Константинопольского патриархатов, какие "осколки" РПЦЗ и в каких объемах представлены в стране, где Вы живете?

- Надо объективно признать, что влияние Зарубежной Церкви во Франции за последние годы распылилось. Стоит вспомнить наши позиции при покойном архиепископе Антонии...

Влияние Константинопольского экзархата (то есть евлогиан) тоже значительно притушено из-за внутренних раздоров. Как ни странно, высшая администрация архиепископии, которая в течение десятилетий весьма либерально относилась к Московской патриархии, сегодня не боится открыто ей противостоять, к великому стыду бывших зарубежников, ставших ярыми патриархийцами. Конечно, к этому противостоянию побуждают их скорее материальные, нежели идеологические мотивы, так как открытая цель МП – просто-напросто поглотить эту исторически отколовшуюся часть Зарубежной Церкви. Внутри самой архиепископии те самые, кто ещё недавно с пеной у рта объяснял, что всё будущее Церкви - в поместном православии под Константинополем, создали очень деятельное и, я бы сказал, вредное "движение за поместное Православие русской традиции", которое является не только троянским конём РПЦ МП во Франции, но даже до неприличия толкает русскую эмиграцию в объятия путино-гундяевской России. Мы, конечно, с симпатией следим за усилиями тех, кто пытается противостоять этому давлению, в частности в деле ниццского собора. Они там ведут ту же борьбу, что и мы в Каннах, против тех же сил и той же мафии.

Надо, увы, признать, что РПЦ МП, чьё присутствие во Франции лет 10-20 назад было только символическим, сегодня набирает силы большими оборотами, как ни странно, пользуясь прикрытой поддержкой французских властей, что, в частности, и объясняет наши трудности в судебных делах с патриархией. Они официально присутствуют при международных инстанциях, в частности, в Страсбурге. Недавно стало известно о приобретении при скандальном пособничестве властей в самом центре Парижа огромного земельного участка для постройки собора и "культурного центра" РПЦ МП поблизости от Елисейского дворца, разных министерств и Эйфелевой башни. Каждый понимает, о какой культуре тут будет речь. Полтора года назад Франция обогатились "знаменитой" семинарией под Парижем. Все понимают, что это полная пустота, дешёвка, как на уровне студентов, так и на уровне моложавого филокатолика-ректора, но это даёт им видимое присутствие. Они становятся официальными собеседниками. Но, слава Богу, в Лионе патриархия пока не имеет никакого значительного влияния.

Что касается осколков, то и тут полное распыление и мало что осталось. В Париже, вокруг о. Вениамина Жукова, осталась, вероятно, маленькая группа, но о них ничего неслышно. Картина, как Вы видите, не утешительная, что является лишним доказательством необходимости начатого объединения.

Беседовал Александр Солдатов,

http://portal-credo.ru/site/?act=news&id=78471